На 70-м Каннском кинофестивале состоялся премьерный показ литовско-франко-польско-украинского фильма «Иней» режиссера Шарунаса Бартаса о войне на востоке Украины. В главных ролях снялись Ванесса Паради, Анджей Хира, Лия Макнавичюте и Мантаc Янчаускас. АМЕБА вспоминает фрагмент о фильме «Иней» из интервью с Шарунасом Бартасом, которое режиссер дал Константину Дорошенко и Дмитрию Терешкову в программе «Циники» на Радио Вести.
Константин Дорошенко: Ваш новый фильм — там интересная история, которая начинается с момента, насколько я понимаю, времен начала оккупации Литвы советскими войсками и заканчивается она в наши времена, собственно, на территории Донбасса. Может быть, вы все-таки развернете немножко сюжет для наших слушателей, потому что это нас касается, это нам действительно интересно и важно, что имеется в виду.
Шарунас Бартас: Видите ли, для меня это очень близко лежащая история к сердцу, волнующая меня, расстраивающая, как угодно можно сказать, но сильно касающаяся. То, что произошло в Украине не так давно, практически один к одному произошло в 39 году в Прибалтике. Советскому Союзу, который готовился ко Второй мировой войне, нужно было побережье, выход на Запад, и они не глядя взяли ввели армию, сняли власти, поставили свои власти. Эти люди поехали в Москву проситься в Советский Союз. Там был не референдум, а просто делегация попросилась в это братство народов. Это практически также все было.
Константин Дорошенко: Как с Крымом?
Шарунас Бартас: Да. В Крыму тоже был флот, плацдарм на Черное море, и.т.д. Так вот после этого вся моя жизнь, жизнь моих родителей, отца, который по 58 статье был отправлен в Сибирь, деда, который сидел в тюрьме… Каждую литовскую семью затронули эти 50 лет пребывания в этом котле. Уничтожение всех мыслящих людей, и.т.д., я это все впитал с детства. Честно говоря, ненависть к этому акту, она была всегда, и она очень сильно срезонировала в этих происшествиях в Украине.
Дмитрий Терешков: В сегодняшнем политическом контексте, где есть Россия, Украина, Литва, которая поддерживает Украину в связи с агрессией со стороны России. Мы говорим о гибридной войне, есть с одной стороны пушки, с другой стороны – телевизор. А кино может быть инструментом в этой войне? Используется ли кино таким образом? И вы можете быть инструментом?
Шарунас Бартас: Про инструмент не знаю. Кино, если мы говорим о том, что это искусство, хотя я это слово не люблю, но оно отображает то, что есть, оно показывает куски жизни людей. В таком контексте, конечно, это очень важно, потому что кино одно из немногих средств, которые быстро могут распространиться достаточно широко. Например, та же Западная Европа очень смутно представляет, что здесь происходит или представляет совсем не так, даже люди, которые и сердце имеют, и интеллектом не жалуются. У них информации просто нет.
Дмитрий Терешков: Вы понимаете, что вы включаетесь, вы, в общем-то, как бы на фронте находитесь, вы же воздействуете на человека, формируете общественное мнение? Вы включаетесь в этот геополитический расклад.
Шарунас Бартас: Я не могу, я не отделен от него, я живу в сегодняшнем дне, не сто лет назад и не сто лет после. Поэтому то, что я делаю так или иначе будет соприкасаться с тем, что происходит.
Дмитрий Терешков: Что литовцы знают о современном украинском кино и как Украина проявляет себя в Литве?
Шарунас Бартас: Я думаю, что практически ничего не знают, потому что у нас очень туго с дистрибуцией фильмов других стран и очень мало покажут. Но понемногу увеличивается число кинотеатров…Они были практически уничтожены после 92 года, распроданы, и.т.д. Кому хватает места, так это американским блокбастерам, но это по всей Европе и практически по всему миру. Поэтому знают очень мало, желательно чтобы было больше. У нас есть два фестиваля и желательно, чтобы больше привозили украинских фильмов в Литву, потому что люди интересуются, людям важно, и пожилому, и молодому, все переживали и переживают за Украину в Литве.