Важность и значимость выставок dOCUMENTA в мире искусства проявляется в ее уникальной способности конструировать будущее исходя из прошлого. Первая dOCUMENTA 1955 года показала модернистское искусство, таврированое во времена Рейха «дегенеративным». Вторая – открыла Европе американский абстрактный экспрессионизм, третья – кинетическую скульптуру. Юбилейная, пятая dOCUMENTA 1972 года под кураторством Херальда Зеемана радикально сменила концепцию «музея ста дней» на «сто дней событий», построив выставку на акциях, инсталляциях и перформансах. Таким образом каждые пять лет, меняя повествовательный метод и выразительный инструментарий, искусство в диалоге с историей отражало современность.
Miriam Cahn, KOENNTEICHSEIN, 2015–2017, documenta Halle, Kassel, photo: Roman März
dOCUMENTA 14 под кураторством Адама Шымчика – это одна выставка на два города. Афины — отнюдь не первый выход dOCUMENTA за пределы уютного, спокойного, безопасного центрально-европейского Касселя. Были попытки разместить отдельные проекты разных выставок dOCUMENTA в странах Ближнего Востока, Африки, Южной Америки и даже Ирана. Но впервые в истории dOCUMENTA две части выставки в разных городах и странах являются равнозначными и взаимодополняющими. С момента своего возникновения, главным выставочным помещением dOCUMENTA был кассельский музей Фридерицианум. Но сегодня вместо названия музея в архитраве классицистического портика Фридерицианума зрителя встречает надпись BEINGSAFEISSCARY (англ. being safe is scary), что дословно переводится как «беспечность опасна». Собрав свое художественное высказывание из десяти букв названия музея, турецкий художник Banu Cennetoğlu шестью новыми буквами сумел сместить акценты, сменив давно устаревший пафос имперского величия Германии на актуальное для всей Западной Европы эмоциональное состояние перманентной тревожности последних лет. Таким образом, «BEINGSAFEISSCARY» стало не только одной из работ, но также и антитезой основной кураторской концепции dOCUMENTA 14 — «Учиться у Афин».
Banu Cennetoğlu, BEINGSAFEISSCARY, 2017, Friedrichsplatz, Kassel, photo: Roman März
Опыт Афин – это эмоциональное, гуманистическое, эмпирическое знание. Таково наследие Античности в развитии западноевропейской цивилизации. Кассель же является воплощением тысячелетней традиции трансформации западноевропейского мышления от античного пути эмпирического познания к структурированному научному знанию эпохи Просвещения и немецкой классической философии. Той немецкой философии, что и стала теоретическим фундаментом леденящих душу событий мировой истории уже XX века.
Осознавая одновременную полярность и связанность этих двух мировозренческих парадигм, искусство становится нитями, что постепенно сшивают в сознании зрителя эти разновременные периоды и разноментальные культуры. И если раньше dOCUMENTA амбициозно разрушала границы искусства, то Шымчик с командой обратили свой взгляд на границы, разделяющие людей — политические, этические и социальные. По словам куратора, Афины в dOCUMENTA вещают голосами разных сторон света, предлагая альтернативное восприятие категории власти, социума и отдельного человека. Кассель в диалоге с Афинами признает свой страх и, услышав его, пытается отыскать в сказанном успокоение. Вера отдельного человека в идею человечности как таковой в ближайшем будущем может стать единственным способом жизни в обществе. Памятником человеколюбию и гуманизму стал гранитный обелиск в центре Касселя, работа нигерийского художника Olu Oguibe с символическим текстом на арабском и английском языках — «Я был чужаком и ты принял меня».
Olu Oguibe, Das Fremdlinge und Flüchtlinge Monument (Monument for strangers and refugees), 2017, Königsplatz, Kassel, photo: Michael Nast
Пребывая в пограничьи, искусственно созданном кураторами, ты до последнего пытаешься сохранять прагматизм и отказываешься понимать необходимость разделения выставки на две страны. Пока вдруг не попадаешь в точку пересечения смысловых линий. Именно в этот момент ты становишься заложником нескончаемого дежавю. Увидев Афины, в Касселе зрителя начнут преследовать фантомы исторических событий, процесс постоянного узнавания не только визуальных образов, но также тем и даже впечатлений.
Theo Eshetu, Atlas Fractured, 2017, Neue Neue Galerie (Neue Hauptpost), Kassel, photo: Mathias Völzke
dOCUMENTA 14 сбалансирована как традиционными художественными медиумами – живописи, графики, фотографии, скульптуры, кинематографа, так и новыми – инсталляциями, перформансами, акциями, саунд- и видеоартом. Все это инструменты метаязыка «игры в бисер» искусства. Важным методом dOCUMENTA 14 в принципе, и кассельской части в особенности, стала историческая ретроспекция и аналоговые средства визуальной и идейной выразительности – это ключевые референсы для создания идейных узлов экспозиции. Фридерицианум представил коллекцию искусства XX века из музея современного искусства Афин, показав европейскому зрителю незнакомое ему греческое искусство. А Греция поведала миру о себе, рассказав с помощью искусства о своих исторических ранах. Темой, что объединяет Грецию с Германией, является схожесть их исторического опыта. Это болезненное проживание упадка великой античной цивилизации в начале нашей эры, а также подавление немецкой имперской амбиции уже в XX веке.
Здание бывшего почтового отделения, а ныне кассельская Neue Neue Galerie, остро проявила тему колонизации на примере насаждения устоявшимся социальным формациям законов дивного нового мира глобализации XX века. Историю жесткой колонизации по отношению к собственным гражданам описывает в своей работе норвежская художница Máret Ánne Sara.
Máret Ánne Sara, Pile o’ Sápmi, 2017, Neue Neue Galerie (Neue Hauptpost), Kassel, photo: Mathias Völzke
Зритель видит перед собой инсталляцию из черепов оленей, главного вида трудовой деятельности северонорвежской этнической группы Саами. Уничтожая поголовья оленей, государство ведет против собственных граждан политику деперсонализации, вынуждая их убегать из этнических территорий в поисках лучшей жизни. Поголовья оленей художница приравнивает к человеческим головам, превращенным в декоративную шторку мещанства. Таким образом, dOCUMENTA говорит не только о широко известных примерах колонизации мира европейцами, но и о колонизации самих себя.
Реальность, представленная кураторами, становится расплывчатой и неясной, она раздваивается, делится, расширяет границы, становится закономерным состоянием, сопровождающим навязанное dOCUMENTA ощущение дежавю. Выходить за границы привычных устоев, «травмируя собственную завершенность», — естественный эволюционный путь и он не из приятных. «Учиться – значит страдать» — идея, подхваченная Фрейдом еще у древних греков. И путь раскаяния, самокопания, деконструкции, признания ошибок и работы над ними знаком немцам не понаслышке. Он вживлен им культурным кодом немецкой философской мысли. Несколько поколений выросли под назидательным напоминанием мировой общественности об исторических злодеяниях немецкого нацизма. Те, кто пол века искупают исторические грехи своих прадедов, живут с осознанием собственной сопричастности как злу Третьего Рейха, так и добру послевоенного раскаяния и искупления. Но сквозь опыт античной чувственности, вовлеченности и эмпатичного проживания афинской части dOCUMENTA, уже не только немцы, но и каждый зритель, будь он украинцем, французом или же греком, сживается с мыслью о сопричастности вселенскому злу. Хотя часть великого зла XX века, замаскировавшаяся под победителя нацизма, затаилась и все еще выжидает всеобщего исторического склероза, ни разу не признав своего «вклада» в дело уничтожения идеи Человечности.
Gordon Hookey, MURRILAND!, 2017, Neue Neue Galerie (Neue Hauptpost), Kassel photo: Michael Nast.
Если Афины – смысловой источник, Кассель – контекстная среда, то зритель, посетивший обе части dOCUMENTA 14, становится буквальной точкой сборки кураторского нарратива. Вопрос только в том, насколько зритель будет способен свести две эволюционные парадигмы восприятия мира (эмпирическую периода античности и теоретически-научную эпохи Просвещения) в индивидуальном осмыслении идей dOCUMENTA 14, воплощенных кураторской группы Адама Шымчика.