Гитлер стал именем нарицательным для всего самого ужасающего, что происходило с человечеством. Но самое непостижимое и поэтому страшное в его образе — не все те зверства, с которыми ассоциируется его имя, а его человечность.
Адольф Гитлер и оленята
Ведь он искренне любил женщину, мило играл с детьми, самоотверженно защищал интересы животных, был предан немецкому народу, рисовал картины с Богородицей, Иисусом и бабочками.
Человечность Гитлера устрашающа потому, что она означает, что наличие в нас самих человечности вовсе не гарантирует, что мы не он.
Адольф Гитлер. Дева Мария и Иисус. 1913
Становится еще страшнее, если учесть, что сегодня каждый ребенок обучен обесчеловечивать Гитлера, все усвоили, что если бы Гитлера вовремя убили, мир был бы лучше. Он тот, чью человечность запрещено принимать в расчет. Гитлер стал стандартной техникой обесчеловечивания — тех, кто нам не нравится мы связываем с его именем, оправдывая таким образом наше желание их уничтожить.
Гитлер — универсальная инстанция обесчеловечивания, его всем разрешается хотеть убить. Причем именно за то, что он, обесчеловечивая, уничтожал других.
Дети в концлагере